В Санкт-Петербурге начался официальный сезон корюшки – рыбы, которая давно стала одним из самых узнаваемых гастрономических символов города. С 15 апреля в городе заработали легальные сезонные точки продаж, где свежий улов можно купить напрямую в нестационарных торговых объектах, а сама кампания продлится до конца мая. Для Петербурга это давно уже не просто торговый старт, а часть городской весенней традиции, которая каждый год возвращает интерес к местной рыбе и кратко оживляет рынок свежего вылова.
Однако за праздничным и почти ритуальным отношением к корюшке скрывается более серьезная проблема: рыба в Петербурге и на Северо-Западе в целом остается продуктом, который потребляют заметно меньше рекомендованного уровня. По данным, которые в 2025 году приводили российские региональные СМИ со ссылкой на Агентство по продвижению рыбной продукции, в Северо-Западном федеральном округе потребление рыбы составляло 19,8 кг на человека в год, тогда как рекомендованная Минздравом норма – не менее 28 кг. В Росрыболовстве также указывали, что в среднем по стране потребление держится примерно на уровне 23 кг на человека, то есть тоже остается ниже рекомендуемого ориентира, пишет Деловой Петербург.
Именно поэтому сезон корюшки выглядит не просто городской традицией, а показательным моментом для всего рыбного рынка. Он на короткое время напоминает, что свежая рыба может быть не редким деликатесом, а частью повседневного рациона. Но на практике этого не происходит: даже в городе с мощной рыбной символикой спрос на рыбу часто остается эпизодическим, а многие потребители воспринимают ее как более дорогую альтернативу мясу и птице. Такая ситуация характерна не только для Петербурга, но и для российского рынка в целом, где доступность, логистика и привычки потребления все еще ограничивают рост спроса.
На этом фоне особенно заметно усиливается другая тенденция – рост роли аквакультуры. В 2025 году отраслевые источники сообщали об увеличении производства товарной аквакультуры в России, а параллельно в публичной повестке все чаще обсуждаются проекты по наращиванию выпуска ценных видов рыбы в соседних странах, прежде всего в Белоруссии. Для рынка это означает постепенный сдвиг: рядом с сезонным промыслом все большую роль играет управляемое выращивание рыбы, которое позволяет стабильнее обеспечивать прилавок и лучше работать с ассортиментом.
Корюшка остается ярким символом местного промысла, но сама структура рыбного рынка уже меняется. Сезонный вылов по-прежнему важен для региона, однако на долгой дистанции его возможности ограничены природным фактором, сроками путины, колебаниями запасов и краткостью сезона. Аквакультура в этом смысле выглядит более предсказуемым инструментом насыщения рынка: она позволяет планировать объемы, выстраивать переработку и работать с более дорогими сегментами продукции. Инферентно это следует из того, что официальный сезон корюшки ограничен по времени, тогда как производственные планы аквакультуры строятся как круглогодичная или многосезонная модель обеспечения рынка.
Для потребителя это означает, что корюшка, скорее всего, и дальше будет оставаться сезонным эмоциональным продуктом – рыбой, которую покупают разово, «по весне», ради вкуса, запаха и традиции. Но если говорить о реальном росте рыбного потребления, то его обеспечит не столько весенний ажиотаж вокруг одной известной рыбы, сколько развитие переработки, расширение ассортимента и наращивание выпуска продукции аквакультуры. В этом смысле старт сезона корюшки в Петербурге – не только новость о городской традиции, но и напоминание о том, что российскому рынку рыбы по-прежнему не хватает массовости, доступности и повседневного спроса.
