Международная группа экологов пришла к выводу, что уменьшение площади морского льда в Арктике может серьезно ударить по популяциям тюленей. Исследование показало: значительная часть их рациона формируется именно у границы между ледяными массивами и открытой водой, и отступление этой зоны лишает животных главного источника пищи.
Ученые проанализировали образцы, полученные при участии коренных народов Севера, которые традиционно ведут промысел нерпы. Исследования показали, что у побережья Гренландии тюлени питаются в основном полярной треской и зоопланктоном, однако соотношение этих кормов заметно меняется в зависимости от расстояния до кромки льда.
Дополнительные наблюдения с использованием сонаров подтвердили: в открытом океане пищевые ресурсы распределены неравномерно и представлены в основном рассеянными скоплениями планктона. Вблизи ледовых массивов ситуация иная – здесь концентрируются крупные косяки рыбы. По мнению исследователей, лед служит своеобразным «питательным генератором»: он выделяет в воду вещества, стимулирующие рост планктона, который, в свою очередь, привлекает треску и других рыб.
Именно эти зоны становятся главными охотничьими участками тюленей. Если лед продолжит быстро сокращаться, доступ к калорийной добыче резко уменьшится. В результате животным придется менять районы обитания, что может привести к снижению численности и ухудшению их физического состояния.
Последствия затронут не только самих тюленей. Нерпы играют важную роль в жизни арктических экосистем и являются объектом традиционного промысла для коренных народов. Кроме того, они составляют основу рациона белых медведей, поэтому сокращение их численности может вызвать цепную реакцию в пищевой цепи всего региона, пишет ТАСС.
Нерпа – один из самых распространенных морских хищников Арктики. Эти животные большую часть жизни проводят в воде, а в период размножения самки устраивают снежные укрытия на льду, где детеныши растут первые месяцы. Сокращение ледяных пространств лишает их не только пищи, но и привычной среды для выведения потомства, что делает будущее вида все более неопределенным.
